Конституционный Суд РФ защитил интересы давностных владельцев

Геннадий Зубахин пытался через суд добиться признания за собой права собственности на здание в порядке приобретательной давности. При этом, считая себя правопреемником ООО «Б.», у которого спорная недвижимость была приобретена по договору, названному договором купли-продажи, он настаивал на присоединении к своему сроку владения этим имуществом периода, в течение которого зданием владело указанное общество (16 лет). Арбитражный суд пришел к выводу, что заявитель и ООО «Б.» правопреемством не связаны. Поскольку же срока, в течение которого недвижимостью владел сам Зубахин, оказалось недостаточно для приобретения права собственности по давности владения, в удовлетворении требований было отказано. 
С отказом согласились вышестоящие суды. При этом из судебных актов по ранее рассмотренному делу известно, что ООО «Б.» не имело надлежащим образом оформленных прав на здание. Наличие права собственности на спорную недвижимость у предшествовавшего Обществу владельца также не было доказано. 

Позиция Суда.

Давностное владение предполагает накопление необходимого для его применения – с целью последующей трансформации в право собственности – состава фактических обстоятельств, существовавших в течение длительного срока, притом что обычным последствием его применения является прекращение права собственности предыдущего правообладателя без какой-либо компенсации. Это свидетельствует о том, что в течение указанного срока могут пересекаться разнонаправленные интересы ряда лиц, а потому требуется принятие мер для их сбалансированности и выстраивания добросовестных отношений между ними. 

Признавая возможным сложение периодов, когда имуществом владели связанные правопреемством лица, для целей приобретения права собственности по давности владения, ГК РФ вместе с тем не конкретизирует механизм применения этого положения. В правоприменительной практике при этом присутствуют существенные расхождения в понимании механизма использования института приобретательной давности в случае, когда состав лиц, фактически владеющих спорным имуществом, изменяется на основании договора. Между тем необходимым условием достижения баланса интересов участников гражданского оборота выступает соблюдение требований определенности, ясности и недвусмысленности правового регулирования. Это особенно важно в области вещных прав, имеющих существенное значение как для частноправовых, так и для публичных целей. 

Институт приобретательной давности призван служить конституционно значимой цели возвращения имущества в гражданский оборот. При этом для признания права собственности по давности владения заинтересованное лицо должно владеть вещью в течение определенного законодателем временно́го промежутка. Однако со временем интерес фактического владельца в дальнейшем владении и пользовании имуществом может быть утрачен. В такой ситуации разумное лицо, владеющее вещью как своей собственной (вместо собственника), может быть заинтересовано в ее отчуждении, чтобы не допустить ее гибели или повреждения, а также освободить себя от сопутствующих расходов на хранение, обслуживание и т.п. Это предпочтительнее, чем сохранять господство над вещью до окончания давностного срока исключительно с целью создать для третьих лиц определенность относительно ее принадлежности и лишь после этого получить право распорядиться уже ненужным имуществом. Если же отказаться от признания возможности присоединить к сроку давностного владения вещью уже истекшую часть срока приобретательной давности в случае, когда вещь отчуждается по договору, срок всякий раз будет начинать течь заново, а возвращение вещи в гражданский оборот - откладываться вопреки интересам потенциальных приобретателей. Какой-либо очевидной необходимости в этом нет. Соответственно, отсутствие в действующем федеральном законодательстве определенности в вопросе о допустимости отчуждения давностным владельцем посредством договора находящегося в сфере его господства имущества и сложения в этом случае сроков давностного владения влечет в правоприменении конфликт с принципами правового государства, верховенства права и равенства перед законом. 

Оспариваемая норма не соответствует Конституции РФ.

Законодателю надлежит принять меры по устранению выявленной неопределенности. До этого момента действующее правовое регулирование не может считаться препятствующим отчуждению давностным владельцем находящегося в сфере его господства имущества в пользу другого лица по договору и возможности присоединения в этом случае лицом, ссылающимся на давность владения, ко времени своего владения также времени, в течение которого этим имуществом владел отчуждатель, при условии, что определенным законом критериям давностного владения отвечает владение каждого из этих лиц. Бремя доказывания данного обстоятельства лежит на лице, заявляющем о таком присоединении.

Дело заявителя подлежит пересмотру. 

Материал подготовлен пресс-службой Конституционного Суда РФ.